Как Хитрушка и Серячок провели ворону Каркушу

Хитрушка нашла в волчке Серячке друга, и другие лесные зверушки ей даже немножко завидовали. Они очень хорошо друг друга дополняли. Но первой с любой затеей всегда приходила Хитрушка. А волчок Серячок? Он был добряк, как говорится, до мозга костей и с радостью устраивал с Хитрушкой всякие проказы, которыми два этих озорника не раз сердили других зверушек.

Вот, например, они заметили, что над их норой, где они ночевали, на старой осине устроила себе гнездо и тайник старая злющая ворона Каркуша. Слыла она жадной воровкой, и за скверный нрав её в лесу никто не любил. А ещё каждое утро ни свет ни заря, а то и нарочно, будила своим карканьем всех зверушек, кто ещё досыпал.

Хитрушка, которая с малых лет была любопытной и всюду совала свой нос, заметила, что Каркуша часто ровно в полдень улетает в деревеньку на краю их леса. А когда спустя какое-то время возвращалась в гнездо, у неё в клюве всегда было что-нибудь вкусненькое. И она быстро, чтобы никто не видел, прятала принесённое в свой тайник в дупле.

Но кое-кто её всё-таки заметил. Да, это была Хитрушка. И вот однажды она не мешкая побежала за летящей вороной до самой деревеньки. Там она увидела, как ворона пользуется тем, что в полдень дядюшка Пузиков уходит из своей продуктовой лавочки обедать в местную столовую. А маленькое окошко под потолком оставляет открытым настежь. Этого-то и дожидалась Каркуша: прыг-скок — и она уже внутри, а шмыг-шмыг — уже вылетела наружу с куском сыра в клюве. И — фьюить! — быстро помчалась с добычей в лес.
— А-а-а! Ну надо же, старая карга, так вот откуда ты таскаешь вкусности. Ну погоди, я тебе покажу, где раки зимуют! — сказала себе Хитрушка и облизнула мордочку, предвкушая лакомство.

И как только они с Серячком увидели, что Каркуша сидит на ветке осины у своего тайника и смакует припрятанные краденые лакомства, они принялись ей льстить. Дождались они минутки, когда у вороны в клюве оказался особенно большой кусок душистого сыра. Тут уж просто терпеть было невозможно. В животе у них заурчало и забурчало, слюнки так и потекли, и они скорее принялись облизывать свои мордочки язычками.

— Тётушка-голубушка, спойте нам немножко, порадуйте сердечки наши хоть крошку! Голосок у вас — что у соловушки, а ваше утреннее пение, о-о-о, лучше нет на всём белом свете!

Так затянули вместе Хитрушка с Серячком свои хвалебные речи. А кругом из всех мыслимых и немыслимых норок и укрытий выглядывали зверушки и только молча изумлялись тому, что слышат.
— Что такое, что такое… — все дивились. — Что случилось, уж не сошли ли Хитрушка с Серячком с ума?
И недоверчиво переглядывались.

Услышала это ворона Каркуша и чуть с ветки не свалилась.
— Это у меня-то голосок, как у соловушки? Батюшки, что я слышу, прямо не верится. Такого мне ещё никто никогда не говорил!
Она так удивилась, что даже про свой полдник забыла.
— Ну-ну, поглядите-ка, видно, что-то в этом есть, раз так говорит Хитрушка, и даже сам Серячок. А он-то, батюшки мои, певец хоть куда. О да, его похвала для меня большая честь, надо сейчас же попробовать.

Каркуша сглотнула, поёрзала на веточке, гордо подняла голову, раскрыла свой старый клюв, чтобы набрать побольше воздуху, и взяла самую лучшую ноту. Раздалось такое страшное «Карр!», что разлетелось на все четыре стороны и громким эхом прокатилось по скалам. И тут из клюва у Каркуши выпал прекрасный, большой, а главное, душистый-предушистый кусок сыра — из самого лучшего молочка от самых лучших коровушек. Хитрушка и Серячок ни минутки не мешкали. Они прыгнули за этим душистым сыром, который упал не с неба, а из клюва глупой и зазнавшейся Каркуши. И под восторженные аплодисменты всех зверушек, что смотрели на это с полянки, быстро-быстро побежали с ним в свою нору, где дружно его поделили.

Ну что, ребята, как вы думаете, чему учит наша история? Тому, кто зазнаётся и не видит своих недостатков, льстят не всегда всерьёз!